2019/2(36)

Содержание

Культурная политика

Аристархов В.В.

Житенёв С.Ю.

Цивилизация и культура

Толок Е.С.

Историческая культурология

Гронский А.Д.

Прикладная культурология

Избачков Ю.С.
Рыбак К.Е.

Музееведение

Кирьянова О.Г.

Петрова Д.А.

Дробязко С.И.

Рецензии

Путрик Ю.С.

 
Петрова Д.А.
Книги поступлений Государственной Третьяковской галереи как исторический источник
Аннотация. В статье рассматривается история создания книг поступлений Третьяковской галереи и их особенности, связанные с формированием коллекций музея. Сравнительный анализ содержащейся в книгах поступлений информации о музейных предметах, их происхождении и способах включения в музейные фонды позволяет выявить критерии отбора произведений в музейное собрание, обусловленные социокультурными реалиями времени.

Ключевые слова: учёт и регистрация музейных фондов, музейная документация, книга поступлений, коллекционная опись, культурное наследи
е.


После Октябрьской революции в России особую остроту приобрела проблема сохранения культурного наследия, для решения которой необходимы были не только специальные структуры в составе государственной власти, но и соответствующая законодательная база. Внимание нового правительства в первые послереволюционные годы было направлено на принятие декретов, способствующих сохранению исторического и культурного наследия. Две острейшие проблемы – вывоз культурных ценностей и государственная охрана памятников – получили законодательное обоснование. Музейное законодательство обеспечивало юридическую охрану культурных ценностей и создавало правовую базу национализации, в которой видели надёжную гарантию сохранения культурного наследия и свидетельство признания государством исключительного значения конкретного памятника или коллекции. Охрана культурного наследия стала одной из важнейших сторон государственной деятельности и общественной жизни страны. Перед государством встала задача за короткий срок при отсутствии и юридических норм, и специальных органов, и необходимого опыта воспрепятствовать разграблению и массовому вывозу за границу художественных ценностей, выявить те памятники, которые находились в антикварных лавках и на складах, в церковных ризницах и монастырских хранилищах, в усадьбах и частных коллекциях по всей России.

Первые законодательные акты советского государства, касавшиеся судьбы культурного наследия и отношения к нему, последовательно формировали чёткую, юридически определённую систему государственной охраны памятников истории и культуры. Они не только провозглашали, декларировали, но и на деле утверждали ответственность государства за судьбу духовного наследия, памятников, гарантировали их охрану. Этот процесс становления законодательства о государственной охране культурного наследия происходил впервые в мировой юридической практике того времени [1].

Советская власть стала создавать законодательную базу с целью формирования государственной системы охраны памятников истории и культуры. В частности, 29 июня 1918 г. Комиссия Совнаркома одобрила текст декрета «Об учёте, невывозе за границу и национализации художественно-исторических ценностей РСФСР, имеющих общегосударственное значение». Согласно этому документу все движимые и недвижимые памятники подлежали обязательному учёту, который должен был осуществлять Наркомат имущества республики; до принятия на учёт запрещалось перемещение памятников и любые сделки; учтённое имущество подлежало изучению и оценке, и, после признания того, что памятник имеет общегосударственное значение, он подлежал национализации; также ставились под контроль Наркомата имуществ и частные коллекции, даже если они ещё не были национализированы. Декрет получил отрицательную оценку, потому что соединял в себе три разноплановые проблемы: запрещение продажи и вывоза за границу культурных ценностей, их учёт и национализацию [2]. 19 сентября 1918 г. был издан декрет «О запрещении вывоза и продажи за границу предметов особого художественного и исторического значения», предпосылкой для создания которого явилась угроза утраты культурных ценностей в результате их вывоза за пределы государства.

В Декрете в обязательном порядке предлагалось зарегистрировать все антикварные магазины, комиссионные конторы и отдельные лица, производящие торговлю и экспертную оценку памятников искусства и старины. К октябрю 1919 года были зарегистрированы 293 частные коллекции, 64 антиквара, 13 ломбардов [3].

Вторым декретом был Декрет от 5 октября 1918 г. «О регистрации, приёме на учёт и охранении памятников искусства и старины, находящихся во владении частных лиц, обществ и учреждений». Декрет предусматривал чёткую систему централизации всего дела охраны и учёта памятников путём создания специального государственного аппарата, предназначенного для этой работы. Декрет не только оговаривал те обстоятельства, которые могли повлечь за собою такую исключительную меру, как принудительное отчуждение памятника, но и запрещал как незаконные любые перемещения, реквизиции и т.п. находящихся на государственном учёте памятников без санкции специальных органов, ведающих этим учётом. Декрет об охране памятников не только определил направление работы по собиранию и реальной охране памятников истории и культуры, но и утвердил государственную дисциплину в этом вопросе, включая эту сторону культурной и общественной жизни страны в общую систему государственного юридического регулирования и обеспечения [4]. В 1919 г. в контексте проведения Первой Всероссийской конференции по делам музеев И.Э. Грабарь писал: «Признавая сохранение, дальнейшее накопление и планомерную организацию художественно-исторических ценностей одним из необходимых условий успешности культурного просвещения широких народных масс и полагая, что единственно правильным решением вопроса является постановка дела в государственном масштабе, конференция считает необходимым принятие срочных мер к введению в жизнь учета и регистрации памятников архитектуры, живописи и скульптуры» [5].

Формирование государственной системы учёта музейных фондов началось после принятия в 1918 г. Декрета о регистрации, приёме на учет и охранении памятников искусства и старины, находящихся во владении частных лиц, обществ и учреждений с целью «охранения, изучения и возможно более полного ознакомления широких масс населения с сокровищами искусства и старины, находящимися в России». Первые учётные документы имели характер коллекционной описи, в которых ещё не была разработана система классификации памятников. Предметы, как правило, записывались в хронологическом порядке их поступления, тем самым формировался сквозной перечень коллекций музеев. В них ещё не предпринималась попытка систематизации и классификации предметов. Одновременно с этим порядком ведения документации в более крупных собраниях, принадлежавших коллекционерам, имеющим профессиональную подготовку, применялись и другие подходы. К примеру, в случае формирования тематических коллекций отбор предметов изначально велся по определенному принципу (например, археологические собрания), в качестве основной учётно-музейной документации применялись те виды и формы документов, которые были типичны для этой конкретной области: например археологические описи [6]. В 1924 г. Президиум Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета принял первую Инструкцию об учёте и охране памятников искусства, старины, быта и природы, по которой музеям вменялось в обязанность «иметь специальные описи находящегося в музеях имущества, имеющего музейное значение». Эти описи должны были составляться «по распоряжению и под наблюдением исполнительных комитетов автономных республик и областей, областных и губернских исполнительных комитетов по форме, установленной Отделом по делам музеев» [7].

Одним из активных сторонников описания коллекций был И.Э. Грабарь, возглавлявший Третьяковскую галерею в 1913-1925 гг. «Музей, – писал Грабарь в Московскую городскую думу в 1916 г., – <…> должен знать о всякой хранящейся в нём вещи не только то, что о ней известно в науке искусствоведения в каждый данный момент, но обязан и двигать, расширять это знание» [8]. Грабарь считал инвентаризацию «необходимым условием для обеспечения сохранности художественных собраний, для осуществления контроля за управлением и хранением этих сокровищ» [9]. Третьяковская галерея была передана городу Москве в 1892 г. по описи. Впоследствии эта опись легла в основу первого изданного каталога, и все последующие его издания лишь повторяли эту опись, добавляя в неё новые приобретённые произведения. И.Э. Грабарь принимал галерею по каталогу собрания [10]. Затребовав у хранителя Н.Н. Черногуба инвентарные книги, он получил ответ, что таких книг нет. Позднее И.Э. Грабарь вспоминал: «Как я могу принимать по каталогу, когда в каталоге есть такие номера, как 561 или 585: под первым значится целая «витрина заметок и этюдов из разных путешествий» Верещагина, а под вторым – «витрина эскизов для Владимирского собора в Киеве» Виктора Васнецова. Знаете вы, сколько рисунков под первым номером и сколько под вторым? – Нет, и никто не знает. – А зафиксировано где-нибудь их число? – Нет, считалось, что это ни к чему» [11].

Инвентаризация началась уже в 1913 г. Эта работа задумывалась как исчерпывающее описание коллекции с внесением всего, что может дать изучение самих предметов и с привлечением архивных данных, которые указывают на жизнь художественного произведения в стенах самой Галереи [12]. В своих воспоминаниях И.Э. Грабарь писал: «Мы засели втроем: я, Черногуб и Скворцов. Каждое утро нам приносили в зал Совета <…> тот десяток-другой картин, снять которые со стен было предписано накануне. Мы обмеряли их, описывали все дефекты, подписи, надписи и другие приметы на обороте, меняя, если нужно, атрибуции и названия» [13].

21 марта 1916 г. И.Э. Грабарь отчитывался перед Московской городской думой о проведённой работе по инвентаризации и говорил, что удалось атрибутировать картины художников, работавших до середины XIX в. – не самой крупной части собрания, но наиболее сложной. Атрибуция проводилась на основе выработанных инвентарных карточек. Для фиксации результатов по проведённой инвентаризации И.Э. Грабарь намеревался заказать специальные книги, в которые планировалось вносить содержание карточки, и рядом с описанием каждой картины должна была быть наклеена фотография её общего вида и отдельных деталей. Однако Московская городская дума не выделила средства на проведение данной работы, и первые книги поступлений, фиксирующие результаты этой инвентаризации коллекции, были заведены в Третьяковской галерее уже в советское время – в первой половине 1920-х гг.

Книги поступлений Третьяковской галереи составляют важную группу источников, являясь незаменимым документальным подтверждением учётно-хранительской, собирательской и выставочной деятельности музея. В них отражены все события, которые происходили с музейными предметами, начиная с момента их включения в музейное собрание: приём в постоянное пользование, выдача на выставки или в другие отделы внутри самого музея, а также передача в другие музеи или учреждения. Книги поступлений Третьяковской галереи никогда не были предметом специального анализа. Между тем они представляют большой интерес, поскольку позволяют проследить историю складывания и функционирования системы учёта музейных памятников, а также историю формирования коллекции.

К началу 2019 г. в Третьяковской галерее уже заполнено 59 книг поступлений, имеющих различные шифры, в соответствии с историей формирования коллекции музея. Каждая книга поступлений имеет свои особенности, связанные с историей формирования коллекции.

Первая книга поступлений была составлена в 1928-1929 гг. и имела шифр «Уч.Оп» – Учётная опись Третьяковкой галереи. Главной целью было включить в неё предметы из коллекции П.М. Третьякова – основное собрание, которое вошло в каталог 1917 г., и никаких изменений в названиях и атрибуциях в пределах этой группы произведений не предполагалось [14]. А позже в неё стали записывать и новые поступления – предметы, поступившие до 1926 г.

В 1926 году была начата Книга регистрации Третьяковской галереи с шифром «КРТГ», в которую записывалась информация о вновь поступивших музейных предметах. Регистрация предметов в книге поступлений включала сведения о бывших владельцах, данные о выдачах или поступлении на постоянное хранение в галерею, о передаче на выставки, в другие научные отделы или на фотографирование. В ряде случаев есть данные о способе приобретения: закупка, пожертвование и др. Инструкция по учёту, применявшаяся в Третьяковской галерее в то время, требовала записи в Книгу поступлений «всякой вновь приходящей в ГТГ художественной вещи <…> независимо от того, пришла ли вещь в полное обладание ГТГ, временное пользование или же на экспертизу, в целях приобретения и пр.» [15]. Такое требование единообразного учёта всей совокупности материалов, с которыми работает музей, затрудняло выполнение главной задачи – провести научную регистрацию предметов основного фонда самой Галереи. Записи не соответствовали даже ограниченным требованиям, которые были установлены инструкцией: не всегда указывалась дата поступления, отсутствовала ссылка на документы, обосновывающие поступление, определение вещей в ряде случаев не давали представление ни о сюжете, ни даже о типе экспоната. В КРТГ ещё не была разработана система записи информации, и поэтому предметы регистрировались разными способами, в зависимости от объема поступлений: как единичные предметы, представляющие собой одну обособленную единицу хранения; как поступление, зарегистрированное под одним номером, где единичные предметы показаны под дробными номерами; как поступление, зарегистрированное под одним номером, где под дробными номерами зарегистрированы и единичные предметы, и множество предметов: например, под одной дробью икона «Успение», а под другой – «Два куска иконостаса»; как множество предметов, зарегистрированных под одним номером: например, «27 рисунков Репина». Кроме того встречаются случаи, когда при регистрации под одним номером записано множество предметов, часть из которых впоследствии была выдана в другие музеи или организации. К 1934 г. было заполнено пять томов, а в 1934 г. эта книга получила шифр «П», под которым она продолжает вестись и в настоящее время.

Такая форма учёта была связана с отсутствием общей для всех музеев инструкции, единых правил, а также тем обстоятельством, что в Галерее форма учёта за десять лет менялась четыре раза и ни по одной форме не была доведена до конца. Из-за многократных изменений в системе учёта возникли случаи противоречивых записей одних и тех же произведений в книгах учёта, переучёта и картотеке, что привело, в свою очередь, к дублированию записей о музейных предметах в книгах поступлений под разными шифрами.

Учётно-инвентарная опись Музея И.С. Остроухова с шифром «Остр» включает в себя перечень произведений и зсобрания знаменитого коллекционера живописи и древнерусских икон. Созданный им частный общедоступный музей в 1918 г. был национализирован, особняк, в котором он размещался, стал филиалом Третьяковской галереи под названием «Музей иконописи и живописи имени И.С. Остроухова», а бывший владелец стал его пожизненным хранителем. После смерти И.С. Остроухова в 1929 г. музей был ликвидирован, а его собрание вошло в состав Третьяковской галереи. Опись была начата в 1927 г. и закончена в 1929 г. Опись составлена по признаку систематизации предметов по видам искусства, месту создания произведений искусства и имеет разделы древнерусского искусства, русской живописи, искусства Запада, «старокитайского» и «старояпонского» искусства, декоративно-прикладного искусства и художественной мебели.

В 1969 г. была начата книга поступлений с шифром «ФП» – Фонд поступлений. Полное название, приведенное на обложке книги «Филиал Государственной Третьяковской галереи. Опись музея Корина. Книга поступлений «ФП-1». В книгу внесена одна запись от 9 апреля 1969 г. о поступлении 78 музейных предметов; в основном это произведения древнерусского искусства, которые после смерти П.Д. Корина передала Третьяковской галерее из дома-мастерской вдова художника П.Т. Корина. Других поступлений в книге не зарегистрировано. Графы книги не соответствуют графам, необходимым для книги поступлений: отсутствуют сведения о дате поступления, способе приобретения, состоянии сохранности, фамилии хранителей, в ряде случаев нет отсылок на действующие инвентарные номера.

5 марта 1986 г. Приказом Министерства Культуры СССР было создано Всесоюзное (далее – Всероссийское) музейное объединение «Государственная Третьяковская галерея», в состав которого на правах филиалов вошли Дом-музей В.М. Васнецова, мемориальная квартира А.М. Васнецова и мемориальный музей-мастерская А.С. Голубкиной. До включения их в музейное объединение это были самостоятельные музеи со своей учетной документацией. После объединения с Третьяковской галереей книги поступлений с шифрами «ДМВ КП», «МКВ КП» и «МГ КП» стали частью основной документации.

Среди учётных документов есть книга поступлений на правах коллекционной описи собрания произведений Н.А. Андреева с шифром «Андр». Основной массив собрания произведений Андреева был передан в галерею вдовой художника после смерти мастера – в 1934 г. через Отдел ИЗО Наркомпроса. После смерти Андреева была создана комиссия по его творческому наследию, в которую входила и его жена – М.П. Гортынская. После завершения сводной описи был составлен сводный оценочный акт, по которому Гортынская передала принадлежащие ей работы Наркомпросу. При приёме коллекции Андреева в галерею была составлена отдельная учётная опись с шифром «Андр», в графе поступлений которой было обозначено «В 1934 из мастерской художника». При разборе обширного материала, зачастую неподписанного, членами комиссии на обороте листов были проставлены надписи с указанием сведений об изображённых лицах и датировки. Помимо этого на лицевой и оборотной сторонах большинства рисунков музейные сотрудники проставили номер, соответствующий нумерации по сводной описи. Основной принцип расположения рисунков коллекции Андреева – хронологический. В 1937 г. из собрания изъяли довольно обширное количество работ с изображением политических деятелей, поскольку их имена находились в то время под запретом. Некоторая часть этих рисунков была передана в специальное хранилище музея, а в 1969 г. возвращена обратно в основное хранение [16].

Книга поступлений является юридическим документом, подтверждающим факт включения музейного предмета в состав определённого музея, закрепляющего его за определённым музеем. За всё время существования структура книг поступлений не сильно изменялась, но со временем информация о музейном предмете становилось всё более детализированной. Неизменной оставалась графа о способе поступлений, куда заносились сведения об истории бытования музейного предмета и способ его поступления в музей. В первой учётной описи эта графа так и была озаглавлена – «Поступления», далее, начиная с 1926 г., эта графа была разделена на две: «Кто предлагает и на каких условиях» и «Документы», с 1931 по 1934 гг. – «Способ поступления (от кого приобретено, кем пожертвовано, откуда передано)», с 1934 г. – «Способ приобретения, происхождение предмета и его сопровождающие документы».

Таким образом, книги поступлений содержат важную информацию о музейном предмете, в частности, о его происхождении и обстоятельствах включения в музейное собрание. Анализ этих сведений позволяет получить представление о формах и способах комплектования коллекции, выявить критерии отбора произведений в музейное собрание, воссоздать историю комплектования коллекции и историю развития Третьяковской галереи. Сравнительный анализ информации, содержащейся в книгах поступлений, позволяет также выявить критерии отбора произведений в музейное собрание, обусловленные социокультурными реалиями времени. Поэтому книги поступлений имеют несомненную ценность как исторический источник, позволяющий изучать не только научно-фондовую работу отдельных музеев, но и историю музейного дела в России.


ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Богуславский А.В. Из истории советского законодательства об охране памятников : Декрет 5 октября г. // Правоведение. – 1987. – № 5. – С. 87-88.

[2] См.: Жуков Ю.Н. Становление и деятельность советских органов охраны памятников истории и культуры, 1917-1920 гг. – М., 1989. – С. 123-127.

[3] См.: Грицкевич В.П. История музейного дела в новейший период (1918-2000). – СПб., 2009. – С. 8-16.

[4] Богуславский А.В. Указ. соч. С. 93.

[5] Грабарь И.Э. Проект резолюции Отдела по делам музеев и охране памятников искусства и старины. Отдел рукописей Государственной Третьяковской галереи. Ф.106. Ед. хр. 1083.

[6] Юмашева Ю.Ю. Музейная документация как исторический источник // Документ. Архив. История. Современность. – Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2008. – Вып. 8. – С. 266.

[7] Музееведческая мысль в России XVIII–XX веков: Сб. документов и материалов. – М.: ЭТЕРНА, 2010. – С. 883-884.

[8] Цит. по: Государственная Третьяковская галерея: История и коллекция. – М., 1986. – С. 45.

[9] Государственная Третьяковская галерея: Очерки истории 1895-1917. – М., 1981. – С. 263.

[10] Первая публикация коллекции Третьяковской галереи была в 1893 г., когда вышла в свет «Опись художественных произведений городской галереи Павла и Сергея Третьяковых». Систематизацией собрания занимался лично П.М. Третьяков. После этого каталог издавался ежегодно и фиксировал все новые поступления. Последний, подготовленный П.М. Третьяковым каталог датируется 1898 г.

[11] Грабарь И.Э. Моя жизнь. – М., 2001. – С. 243.

[12] Принципы и состояние инвентарных работ в Государственной Третьяковской галерее. Отдел рукописей Государственной Третьяковской галереи. Ф.8. Оп. IV. Ед. хр. 70, л.12.

[13] Грабарь И.Э. Указ. соч. С. 255.

[14] Принципы и состояние инвентарных работ в Государственной Третьяковской галерее. Отдел рукописей Государственной Третьяковской галереи. Ф.8. Оп. IV. Ед. хр. 70, л.12.

[15] Отчет в Музейное отделение НКП об обследовании ГТГ по линии музейного учета. Отдел рукописей Государственной Третьяковской галереи. Ф.8. Оп. IV. Ед. хр. 144, л.1.

[16] Каталог собрания Третьяковской галереи : Рисунок ХХ века. Т. 3, кн. 1. А-В. – М., 2006. – С. 73.

© Петрова Д.А., 2019.

Статья поступила в редакцию 05.06.2019.

Петрова Дарья Александровна,
магистр музееведения, аспирант,
научный сотрудник отдела учёта фондов
Государственной Третьяковской галереи (Москва),
e-mail: dasha_petrova.1992@mail.ru